«Люди Запада, в широком смысле, прикидывают прибыль-убыль, а прикидывать надо жизнь или смерть»
Что делать с Россией после Путина, кто будет ее менять и какую роль в ее трансформации уже сейчас может сыграть Европа?
«Сегодня визовые ограничения — не самое страшное, что происходит в мире. Давайте закончим войну, а потом будем разговаривать»
«Не пытайтесь разубедить человека, который вам дорог. Вспомните, что у вас с ним есть что-то еще, помимо разных точек зрения на какие-то страшные события»
«Военное поражение скажется на путинском режиме очень сильно и очень для этого режима печально»
«Если мы начинаем собственные законы выворачивать в угоду политической воле, то мы делаемся похожи на те режимы, с которыми боремся»
«У этих людей есть свои кандидаты и они говорят об Антоне Силуанове в качестве возможного президента и о Набиуллиной в качестве премьер-министра»
«Без маниловщины, без абстракций, без слов о счастье и свободе, государство, в котором людям будет хорошо, и очень важно, чтобы было справедливо»
Политолог и социолог, президент фонда «ИНДЕМ» Георгий Сатаров рассказал, чем отличается путинская Россия от ельцинской, почему расстрел здания Верховного Совета в 1993 году это не удар по демократии и почему обсуждать изменения в Конституции сегодня бессмысленно.
Все макроэкономические проблемы уже возникли, макроэкономический кризис уже произошел. И будет ли дефолт или нет, это не так важно. Это неважно и для России, и для мировой финансовой системы.
Писатель Дмитрий Глуховский рассказал, почему атака на Бориса Акунина началась именно сейчас, появится ли в России свой самиздат, как власть романтизировала советское прошлое и каким будет 2024-й год.
«В этом году политика состоит в том, чтобы предотвратить появление новых кандидатов осенью. Из этого, кстати, можно сделать вывод, что есть опасения относительно настроения избирателей»
